Скачать детективЧитать детектив он-лайнСергей Ермаков - новая книгаШоу опального олигархаДетективы ЭКСМО почитать

 

 

Новости

Детективы

Новые детективы  

Неизданное

Негритянские

Песни

Биография

Ссылки

 

 

 

 

Скачать детективЧитать детектив он-лайнСергей Ермаков - новая книгаШоу опального олигархаДетективы ЭКСМО почитать

 

 

Новости

Детективы

Новые детективы  

Неизданное

Негритянские

Песни

Биография

Ссылки

 

 

 

 

  <<<<< Назад                                        Дальше >>>>

01   02   03   04   05   06   07   08   09   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27

СЕРГЕЙ ЕРМАКОВ - АКУЛЫ - СКРЫТЫЙ ВРАГ

25

На обратном пути к лагерю повстанцев Толик Одуван сильно оголодал и сам съел пару червячков, которых предложил ему Лумумба. Ползучие твари оказались достаточно вкусными, сочными, как вареные креветки под соевым соусом с чесноком и забавно щекотали своими лапками его нёбо, когда он засунул их в рот. Самое главное, что эти червяки не только утоляли голов, но и избавляли от жажды.

Но настроение у Одувана было все равно на нуле и ничего не радовало его глаз – ни пестрота джунглей, ни карканье попугаев, ни веселые змейки, убегающие из-под ног в заросли. Патрис и Лумумба, как могли, пытались развеселить Толика, рассказывали местные анекдоты, но юмор их казался Толику  знакомым. Он даже поинтересовался – не посылают ли свои плоские шутки братья в России Петросяну? Негры переглянулись – очевидно это имя было им не знакомо. Но все-таки они замолкли наконец и снова занялись поеданием червячков.  

Деньги, те самые евро, которые Толик утащил из каюты капитана, пошли на закупку продовольствия, спиртного и медикаментов для всего отряда – в поселке все-таки царил гипертрофированный коммунизм и все личное моментально становилось общим. Форд, в котором хранилось оружие и золото, был неприступен и даже думать о том, чтобы его захватить было чем-то из области фантазии.

Выбираться самому из джунглей и пытаться путешествовать по этой африканской стране, где по заверению Ильича практически не было белых людей, было по меньшей мере глупо – замаскироваться и притвориться своим ему не удастся, даже если он с ног до головы измажется углем.

И что теперь делать? Как добраться до России? Никак…

Толик шел по джунглям, сжимая от гнева кулаки. Виновницами всех своих злоключений и неудач он считал неразлучную троицу молодых женщин – Наташу, Анну и Катрин. Каждую из них он готов был разорвать на куски.

А Анна? Он же находил так много общих тем в разговорах с ней, он же даже подумал, что вот она не просто какая-то тупая и сисястая подстилка, которые встречались ему на жизненном пути, а женщина его мечты! И на тебе – именно она же и оказалось той рыжей бестией, которая управляла батискафом, увозившем его шефа – олигарха Адамовского. За это ей вдвойне смерть – задушить её, четвертовать её и сжечь. Только бы добраться до них, только бы добраться!

И тут Толика осенила поистине гениальное решение возникшей проблемы – если Патрис и Лумумба вырубаются в полдень так, словно выпили каждый по бутылке водки то, может быть, и охрана форта так же засыпает, когда солнце поднимается в зенит?

Он немедленно поинтересовался этим у братьев и они, перебивая друг друга, стали рассказывать, что да, мол, у них в городе даже работу прекращают и в деревнях тоже – все спят, когда солнце поднимается над головой и светит прямо в макушку. Толик поинтересовался – не воруют ли в то время когда все спят? На что братья резонно поинтересовались – а кому воровать-то, если все спят?

«Действительно, - подумал Толик, - кому воровать-то? Эх, наших людей тут сильно не хватает». Но с другой стороны – чего воровать-то в  этой нищей стране друг у друга – недельный запас гусениц и сверчков?

Назавтра он уже в одиночку без сыновей Ильича с биноклем пробрался к форту в то самое время когда во вчерашний день Патрис и Лумумба предательски заснули. И каково было его ликование, когда он не увидел на башнях никого – форт словно вымер.

Одуван измазал грязью лицо, чтобы походить на негра и предпринял дерзкую вылазку прямо к воротам противника. Подбираясь по открытому пространству, он ожидал выстрела из бойниц или окрика и был готов к нему, напрягался, чтобы успеть отпрыгнуть от пули. Но не выстрела, ни окрика не последовало.

Подобравшись к воротам и отдышавшись в тени, Толик заглянул в приоткрытое окошко и обнаружил храпящего здоровенного негра, похожего на черного бегемота. Негр сжимал между ног винтовку и вытянув босые ноги издавал носом немыслимые трели. Толик через окошко смог осмотреть часть внутренности форта, хотя этого было мало. И он увидел, что пара негров спала прямо на ступеньках какого-то здания, похожего на русскую баню, но срубленного из пальмы, остальные валялись кто где.

Тогда Толик решил быть последовательным и действовать до конца. Он перелез через ворота, юркнул в щель над ними и осторожно спрыгнул. Никто даже не шевельнулся. Ощущение было такое, что он попал в сказку о принцессе, уколовшейся веретеном и заснувшей на много лет. Правда принцессы нигде не было видно, были одни «принцы» и дружный храп, сотрясавший форд.

Толик возликовал – вот он выход из создавшейся ситуации!!! Конечно, ему одному не справиться с заданием – нужно будет понемногу сдвинуть сон братьев на пару часов назад или лучше вперед, чтобы они выспались еще до вылазки в форт, а потом можно начинать действовать.

Толик произвел разведку, срисовал на листок расположение часовых и хранилища. Запомнил где стоит мощный грузовик, на котором можно будет, протаранив ворота выехать наружу. Сосчитал и гарнизон форда. Он насчитал сорок шесть человек. С тем условием, что кого-то из солдат гарнизона он не видел, их человек шестьдесят, втроем с Патрисом и Лумумбой они справятся. Пока он бродил по форту и даже зашел в кабинет начальника с красными лампасами на песочных шортах, который спал прямо на своем рабочем столе, Толик все думал – ну как же так, военный объект и все спят. А с другой стороны – внешний враг форту не грозит, а свои сограждане все так же спят – так кого опасаться?

Охранники форта начали понемногу шевелиться и Толик понял, что ему пора уходить. Он крадучись пошел к воротам и нос к носу столкнулся с тем самым здоровенным негром, похожим на черного бегемота. Теперь он более походил на медведя-шатуна, проснувшегося среди зимы в Сибирском лесу.

Негр увидел белого человека в собственном сугубо чернокожем форте и в первый миг решил, что наверное, он все еще спит. Откуда тут в Африке было взяться этому «снежку»? Замешательством «шатуна» воспользовался Толик, нанеся молниеносный удар справа в челюсть «бегемота», потом поддых левой и снова справа, а потом в прыжке насадил его челюсть на своё колено. Здоровяк рухнул на спину и отключился.

А когда он очнулся и рассказал, что днем в форт проник Белый Человек над ним все смеялись и никто ему не верил. Толик бил больно, но аккуратно – следов на черном теле не осталось.

 

 

Сдвинуть сон Патриса и Лумумбы, а так же еще двоих отобранных из числа повстанцев дополнительных бойцов за две недели не получилось. Толик не мог рисковать тем, что его бойцы заснут прямо при вылазке в форт рядышком с теми, кого им необходимо было связать. Крови Одуван решил не проливать – в его отряде было четверо повстанцев и он сам, и поэтому людей вполне хватало, чтобы за какие-нибудь полчаса обезвредить охрану, добраться до золота и оружия, а потом уехать на грузовике. 

Единственным препятствием к выполнению этого на первый взгляд безукоризненного плана было то, что повстанцы не могли перестроиться и не спать в то время, в которое спать привыкли.

Но мало помалу, путем муштры и введения железной дисциплины Толик добился желаемого – Патрис, Лумумба и еще двое добровольцев стали засыпать на два часа раньше всего поселка и просыпались, когда все еще спали. Это был уже успех, лидер повстанцев Ильич с горящими глазами носился по палатке, грозил кулаком капиталистам и обещал вести за собой народ в светлое будущее.

Настал день проведения операции. Весь лагерь провожал пятерых смельчаков, вооруженных остро наточенными мачете, с привязанными на боках пучками нарезанных по полтора метра веревок, нужных для того, чтобы связать охранников форта. Для Одувана захват форта был рядовым заданием, с которым он намеревался справиться с легкостью, ведь все было готово для того, чтобы провести намеченное без сучка, без задоринки.

В принципе так оно и вышло и даже легче, чем Одуван это себе представлял. Натренированные Толиком до автоматизма его негритянские помощники вязали спящих своих земляков, как баранов и оттаскивали в подвал, где и складировали. Те же, кто все же просыпались, открывали глаза и удивленно хлопали ими, получали плашмя мачете по голове и были тоже связаны.

Толик же, увидев, что все идет по плану, отправился в кабинет командира форта, который в прошлый раз дремал на столе, а в этот раз прилег на диванчик. Он спал мирно закинув босые ноги на подоконник, подставляя розовые пятки работающему вентилятору.

То что его скинули с дивана и начали сильно - бить было для него полной неожиданностью. Спросонья он ничего не мог понять, хватался за пустую кобуру и даже пытался сопротивляться, но Толик налетал на него, как коршун на цыпленка и запускал его вперед головой из правого угла в левый и наоборот. Через десять минут измочаленный начальник форта рухнул на пол и не мог даже ползти.

Толик присел на стул рядышком, поставил свои ноги ему на спину и спросил, мол, где ключи от склада оружия и драгоценностей. Начальник форта разбитыми в кровь губами стал лепетать что-то типа – врагу не сдается наш гордый «Варяг» и даже пытался звать на помощь своих бойцов. Тогда Толик схватил его за шиворот, подтащил к окну и показал ему пустынную площадь по которой Патрис и Лумумба тащили последних связанных охранников форта.

Намек был чертовски ясен, а начальник форта чертовски упрям. Он сказал, что лучше погибнет, чем отдаст достояние республики невесть откуда взявшемуся «белому». Толик сунул его носом в работающий на окне вентилятор и дикий крик, похожий на призывный рык орангутанга, разнесся над окрестностями форта, разбудив в подвале даже тех, кто не проснулся когда их вязали Патрис, Лумумба и два их товарища. В результате начальник форта остался без носа, а Толик завладел нужными ключами, спрятанными в сейфе, код которого безносый, корчась от боли на полу ему выдал.

Дело осталось за малым - открыть хранилище, перегрузить в грузовик ценности и оружие, добраться до места, где их будет ждать Ильич с остальными повстанцами, выполняющими сегодня роль носильщиков, а грузовик сбросить под откос. Когда Толик открывал двери хранилища, ему как и любому русскому человеку пришла умная мысля – а зачем, собственно, повстанцам прятаться в лесу, если они захватили такой крутой форт? Если не спать вповалку, то это укрепление станет практически неприступным. Но дело уже было сделано и Толик не стал соваться со своей инициативой.

В хранилище оказалось сотня автоматов Калашникова, несколько ящиков патронов, гранатометы, ручные гранаты, пистолеты в основном российского производства, килограмм тридцать слитков чистого золота и около шестисот тысяч долларов в отдельном чемодане. Арсенал и запасы вполне достаточные для совершения революции в отдельно взятом регионе. Негры-повстанцы, которые пришли с Толиком были возбуждены, обвесили себя оружием и радостно пританцовывали, наблюдая как четверо охранников форта под прицелами их автоматов загружают грузовик. После того как погрузка была закончена, грузчиков избили, снова связали и затолкали в подвал.

Ворота даже не пришлось вышибать – Лумумба открыл их, они выехали на дорогу и помчались в сторону, где у них была условленна встреча с лидером повстанцев Ильичом. Толик самолично вел машину – теперь у него появился шанс покинуть эту страну.

После того как оружие было доставлено в лагерь, федеральные силы этого африканского государства предприняли несколько попыток проучить повстанцев таким наглым образом прорвавшихся в форт и захвативших часть стратегического и финансового запаса страны.

Первая атака была вертолетной. Две винтокрылые машины обнаружили их лагерь, зависли и стали поливать пулеметным огнем поселок повстанцев, которые успели укрыться в джунглях, услышав рев лопастей. Палатки разлетались от пулеметного огня,  но когда Толик прицельно из гранатомета попал прямо в кабину пилотов, вертолет разорвало на части и его обломки полетели в джунгли, то летчик второго вертолета в панике стал разворачиваться и исчез за горизонтом еще до того, как Толик успел перезарядить гранатомет. 

Вторая атака была пешей. Федеральные силы пробирались через джунгли и напоролись на грамотно подготовленную Толиком засаду. Одуван сразу же понял, что раз вертолетчик засек их местоположение, то атаки на поселок не прекратятся. Пешая колона федералов попала под перекрестный огонь повстанцев и в панике бежала, оставив на поле боя половину своих бойцов. У повстанцев же потерь практически не было.

Толик, поставив последнюю точку в своем деле борьбы за «свободу и независимость» прямо сказал Ильичу, что ему пора уезжать. Бородатый лидер коммунистов зарыдал, как ребенок, прося Толика не уезжать, прямо говоря ему, что без него они и недели не продержатся. А вот если Толик останется, то тогда после победы революции он получит пост министра обороны.  Но такое назначение ничуть не привлекало Толика – ему надоела вечная жара, укусы москитов, да и вообще то, что он ввязался в эту авантюру теперь ему не казалось большой удачей.

Повстанцев было мало – они были заперты в джунглях, а Ильич вместо того, чтобы привлекать в отряды новых бойцов из окрестных деревень и предателей-федералов, очень боялся измены, оттого отряд его не пополнялся. А с таким немногочисленным, хотя и хорошо вооруженным войском идти атаковать столицу было глупо. Поэтому Толик настаивал на своем и Ильич сломался.

Они вместе с Ильичом и его сыновьями перешли границу в соседнее государство, где в каком-то городке, отдаленно напоминающем города средней полосы России Одувану сделали новый паспорт на имя французского гражданина. Ильич выдал ему пятьдесят тысяч наличными на карманные расходы и со слезами на глазах попрощался с ним в здании аэропорта.

Каково же было удивление Толика, когда он сел в кресло авиалайнера и на соседнее в ним кресло подсел Ильич, сжимающий в руках большой чемодан, который он не рискнул сдать в багаж. Впереди сели Патрис и Лумумба. Все трое весело улыбались и подмигивали Толику. Он понял так, что папа и сыночки решили предать дело революции и бежать из своей страны во Францию. Так и случилось.

- Да хрен с ним с этим Марксом, - по-русски сказал Ильич Толику, - у меня теперь есть деньги – зачем мне нужна революция? Да и не продержусь я без тебя…

- А как же остальные? – спросил Толик. – Вы что их оставили в лагере на произвол судьбы?

- Почему на произвол? – пожал плечами Ильич. – У них есть оружие. И потом – я не смогу весь мир сделать счастливым, я сделаю счастливым себя и своих сыновей. Разве этого мало? Разве это не революция?

И Толик догадался, что мошенник с самого начала не собирался следовать ленинскому пути – ему просто нужны были деньги.

 

 

Рудольф Альбертович Колпакки приехал в офис к Арине Огурцовой в бледном виде, какой-то весь помятый и растерянный. От хитрого женского взгляда хозяйки корпорации не ускользнуло, что Колпакки, обычно надутый и важный, как индюк сегодня словно тот же индюк, только предчувствующий рождество на которое его подадут зажаренным.

Но Рудольф Альбертович стал отпираться, говорить что у него все нормально, что просто перебрал вчера на банкете, вот и приболел. Тогда Арина спросила – что же его привело к ней в офис? На что Рудольф Альбертович ответил, что просто по ней соскучился и захотел навестить.

Это его ухаживание смотрелось настолько нелепо и выглядело насквозь фальшивым, но Арина сделала вид, что ухаживание приняла. Стала похохатывать, крякая, как самка утконоса в период гона, сама занялась приготовлением кофе, игриво поглядывая на бледного Колпакки. Её по-женски было очень тяжело. Она была одинока. События, которые произошли в её жизни, требовали присутствия рядом сильно плеча, на которое можно было бы опереться или поплакаться, уткнувшись носом.

Но такого плеча как раз рядом и не было. Эдик, нервная система которого не выдержала всего, что они натворили вдвоем с Ариной, стал прямо на глазах спиваться. Он просто не просыхал и если раньше, когда Огурцов был официальным мужем, а они с Эдиком еще были любовниками, он искал любую возможность, чтобы затащить Арину в уголок, не брезгуя ни кабинкой лифта, ни каморкой уборщицы, то сейчас этот мерзавец старался любыми способами избежать исполнения своего мужского долга, прятался или напивался в стельку.  

Весь же остальной персонал Корпорации смотрел на Арину как на железную леди, лишенную половых признаков и никто даже намека на ухаживание позволить себе не мог. Поэтому Арине было приятно получать комплименты и игривые прикосновения даже от «индюка» Колпакки.

С другой стороны Арину заботила тайна, которую знал Рудольф Альбертович. Он был замешан в этой истории с якобы клоном Огурцова, со стрельбой в загородном ресторане и с последующим похищением «клона». Арина даже имела глупость сболтнуть Колпакки, что собирается расправиться с этим двойником с помощью топора палача. Тогда ей казалось, что таким образом она укрепит свою репутацию деловой и жесткой женщины, а оказалось, что с ней просто не захотят иметь дело.

Колпакки отхлебнул кофе, куда Арина плеснула двадцать грамм коньяка и она увидела на его запястье дешевые китайские часы «Rолекс», которым красная цена на привокзальном рынке пять долларов. Сначала это её удивило, а потом рассмешило, она даже едва не пролила кофе на свой деловой костюм, купленный в Париже за три тысячи долларов. Колпакки заметно помрачнел. 

- Это что? – спросила она, ткнув изящной ручкой прямо в циферблат.

Рудольф Альбертович испуганно отдернул руку – мало ли рванет и объяснил, мол, детишки сегодня подарили мне за спонсорскую помощь, вот ношу. Арина рассмеялась и спросила – если детишки ему подарят кирзовые сапоги – он тоже напялит их с портянками и будет носить? Колпакки поспешил перевести тему и выехал как раз на ту дорожку, которая очень беспокоила Арину.

- Я тут был у скульптора, - начал рассказывать Рудольф Альбертович, - хотел покойному другу Борису на могилу подарить мраморный памятник – его скульптуру в полный рост в натуральную величину. Представляешь, стоит наш Боря, как живой и взгляд его устремлен вперед, в будущее.

- Ну… - кивнула Арина, еще не понимая к чему клонит Колпакки.

Хочет Колпакки памятник, пусть ставит – она на это дело ни рубля не даст. Там итак гранитная плита с портретом влетела в копеечку. Одна бронзовая ограда чуть ли не десять штук баксов обошлась. Памятник ему еще ставить – что он, Огурцов, поэт был или музыкант? Нет, не поэт и не музыкант, а купчишка хренов. И зачем тогда памятник? Да и тем более, лежит в могиле никакой не Борис Огурцов, а всего-навсего Саня Волков – актер провинциального театра. Но вот последнего обстоятельства Рудольф Альбертович не знал. И никто не знал, кроме её и Эдика.

Нет, тут она была не права. О подмене знал Валдай, который должен был погибнуть при перестрелке в загородном ресторане, но почему-то уцелел и еще три девки, три Акулы, которые тоже должны были быть убиты еще в Ницце, но странным образом уцелели. Раз Огурец смог добраться в Россию из Франции, то и эти трое должны были добраться. Но ничего, Кострома найдет их и выпотрошит как куропаток.

Думая о своем, Арина не заметила, что Колпакки давно и увлеченно живописует ей памятник, который будет красоваться на могиле Огурцова. Белый и розовый мрамор из Италии, плавные черты…

- Скажи, - задал неожиданный вопрос Рудольф Альбертович, - а того двойника Бориса, которого я помог тебе захватить ты уже отправила на тот свет?

Вот тут Арина напряглась. Что было сказать – отправила, отрубила голову или сказать, что он жив-здоров и сидит  в подвале на цепи. Нет, ни утвердительного, ни отрицательного ответа она дать не могла, нужно было хитрить, изворачиваться.

- А почему это тебя, собственно говоря интересует? – как можно более безразлично спросила Арина.

- Ну, скульптор посмотрел фотографии Бориса, которые я ему принес и сказал, что конечно, большего сходства можно было бы добиться, если делать слепок с натуры… - пояснил Рудольф Альбертович.

И тут Арина перебила его, вскочила и гневно воскликнула, призвав к себе на помощь весь свой актерский пафос:

- Какое кощунство!!! Что же нам теперь доставать Бориса из земли ради какой-то жалкой скульптуры?

- Ты меня неправильно поняла, - начал заглаживать ситуацию Рудольф Альбертович, - просто скульптор намекал, что каждому из нас нужно еще при жизни позаботиться о надгробии…

Глаза у Арины округлились еще больше. Вот о чем, о чем, а о собственном надгробии ей думать совершенно не хотелось – она мечтала жить вечно.

- Нет, я просто подумал, что если мы сделаем скульптуру с двойника, - начал торопливо высказываться Рудольф Альбертович, - а может быть мы замуруем двойника в бронзу и выставим прямо на могиле у Огурцова – пусть подыхает… ха-ха… ха-ха…

Колпакки явно занесло – он уже не соображал, что говорит. Арина посмотрела на него как на идиота и тогда Рудольф Альбертович преобразился. Все-таки он был жестким, иногда мог говорить даже на фене. Он вскочил, схватил Арину за руки и стал кричать ей прямо в лицо:

- Мне нужен этот двойник!!! Приведи мне его немедленно!!! Мне он нужен!!!

Арина с резвостью молодой кобылицы вырвалась, оттолкнув его руки и со всего маху хлестанула Рудольфа Альбертовича по лицу. Он отлетел к дивану и испуганно схватился за запястье, с которого слетели китайские часы «Rолекс».

- А-а, - испуганно произнес Колпаки, пятясь на ягодицах подальше от места стычки.

Он представил себе взрыв, который прогремит через секунду и обезображенное безногое тело молодой хозяйки Корпорации Арины, свалится, как подрубленное и поползет в его сторону, умоляя о помощи и протягивая к нему окровавленные руки.

 

 

Но взрыва не последовало ни через секунду, ни через минуту – его вообще не последовало. Мало того – Арина схватила с пола часы «Rолекс» и метнула в него, попав Колпаки прямо в лоб. Часы не взорвались, а просто развалились на части и Рудольф Альбертович увидел, что внутри них нет никакого взрывного механизма.

- Убирайся вон, паршивый полудурок! – закричала Арина в гневе топая каблуками по паркету.

- Погоди, - устало произнес Колпакки, - я должен тебе кое-что объяснить…

Арина увидела, что щеки Рудольфа Альбертовича дрожат мелко-мелко, а по лбу течет медленная капля пота. Но лицо его было каменным – он понял, что его, как пацана, взяли на понт, а он испугался. Но как ему было не испугаться, если бизнесменам его уровня постоянно угрожают, потому что он работая, вынужден наступать кому-то на горло и залезать в зону чужих интересов.

Он среагировал так, как нужно было среагировать чтобы уцелеть, а теперь ему стало стыдно за проявленную слабость. И он рассказал Арине, что ему звонили и требовали найти, где находится «двойник», а в противном случае обещали его взорвать. И добавил, что ему сказали, что тот человек, которого он «сдал» в загородном ресторане – настоящий Огурцов.  

Арина присела на стул, закинула ногу на ногу и спросила, мол, ты кому веришь, Колпакки – своей старой знакомой, жене твоего покойного друга или же каким-то аферисткам, звонящим тебе на телефон?

И в это время совершенно некстати вошел Эдик. Он был в полупьяном состоянии, абсолютно небрит с глупой улыбкой на заплывшем лице. Он третий день ночевал в офисе и не просыхал от пьянки. Увидев знакомую физиономию – человека с которым ни раз встречался на всякого рода презентациях, он раскинул руки в стороны и закричал:

- О, Колпачковский, привет, давно не виделись!!!

Рудольф Альбертович поправил Эдика в произношении своей фамилии и брезгливо отвернулся, посмотрел в упор на Арину – мол, зачем ты держишь тут этого алкаша? Ну, ладно, Борис его приютил как друга детства, а тебе-то он зачем? Колпакки был не в курсе того, что Арина и Эдик любовники, оттого в его взгляде было столько удивления.

- Что-то ты, Альбертино, давно не заходил, - фамильярно обнимая бледного Колпакки, сказал Эдик, - хочешь пива?

Колпакки уже сердито поправил Эдика, сказав, что зовут его Рудольфом, а Альбертович – его отчество, но Эдику было все равно – он стал тыкать своим бокалом в губы Колпакки и пролил ему на галстук пиво. Тот вскочил с дивана, оттолкнув пьяницу. Ему еще надо было поговорить с Ариной, ведь одними часами шантаж наверняка не закончится. Неизвестные стопроцентно еще раз выйдут на него и будут заставлять его разыскать «двойника». Но разговаривать в таких условиях он больше не мог – Эдик безобразничал, а Арина ничего не предпринимала, чтобы остановить эту вакханалию.

И где-то в глубине души у Колпакки промелькнула мысль, что на самом деле тот человек, которого он предал в загородном ресторане мог оказаться настоящим Огурцовым, ведь Валдай был так привязан к своему хозяину – неужели он мог предать его и пойти за каким-то двойником?

Рудольф Альбертович поднялся и торопливо покидал офис, а вслед ему заспешил Эдик, стараясь впихнуть в руку Колпакки сломанные часы, которые он оставил на диване. Терпение Рудольфа Альбертовича лопнуло и он оттолкнул от себя назойливого Эдика, которого и раньше-то не сильно уважал, а теперь тот стал ему совсем противен. Когда Колпакки ушел, сильно хлопнув дверью, Арина задумчиво почесала кончик носа и произнесла:

- Этот Колпакки может стать нашим с тобой врагом…

- Да хрен-то с ним, - махнул рукой Эдик.

Его вообще ничего не интересовало, кроме пива и праздного безделья. Он думал, что все вокруг происходит само собой безо всякого руководства извне. А Арина не могла никак понять почему же её с прежней силой тянет к этому спивающемуся небритому человеку, ради которого она, как ей казалось, и затеяла все эти подмены. Она подошла, подсела, приобняла Эдика, ласково погладила его колючую щеку.

- Может быть, съездим в гостиницу «Космос», где нам с тобой было хорошо? – спросила она. – Помнишь, когда нас с тобой сопровождала эта мерзкая мужланка Наташа из Акул. Мы с тобой запирались в номере, включали легкую музыку, зажигали свечи…

Романтические воспоминания Арины, похоже, совершенно не трогали душу Эдика, которую она пыталась расшевелить. Но ему все-таки не хотелось огорчать женщину, которая ради него хотела убить, а теперь держит в подвале своего богатого мужа, но которая вдруг стала ему безразлична, и Эдик скрепя сердце сказал, мол, поехали хоть сейчас – какие проблемы – свечи, шампанское, ананасы? Денег-то немерено!!!

Арина очень обрадовалась. Похоже Эдик просто устал от пьянки и теперь был рад перемене обстановки. Может быть, у него в обстановке романтики зажженных свечей снова возникнет к ней чувство неукротимой любви, которое погасло и превратилось в жалкий огарок.

Арина устала быть стервой, железной леди, её мозги дымились от постоянных мыслей о делах Корпорации. Ей просто хотелось быть счастливой и она стремилась ей быть. Но её счастье, казалось бы, вырванное у судьбы такой дорогой ценой, вдруг неожиданно хлопнуло, как гриб дождевик и оказалось жалким расплющенным ни на что негодным блином.

Но теперь все изменится – Эдик стал приходить в себя. Да, он просто переживал все, что с ними случилось – их поездочка на курорт была почище экстремальной прогулки по москитным джунглям, кишащим ядовитыми змеями и дикими зверьми. Но теперь все устроится, все изменится, Эдик снова станет прежним и они заживут так, как мечтали.

  <<<<< Назад                                        Дальше >>>>  

01   02   03   04   05   06   07   08   09   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27

 

Все изданные книги Сергея Ермакова:

 

Новые детективы серии  "ПОП$А" про морпеха Краба и певицу Татьяну:

8. "Кофе и украденная песня"

7. "Бедовый месяц депутата Моразина"

 6."Москву ничем не удивишь"

 5. "Шоу опального олигарха"

4. "Криминальный романс"

3. "Акулы шоу-бизнеса"

2."Попса, бандит и олигарх"

1."Поп - звёздные войны"

 

Старые книги:

1. Виртуоз мести

2. Фурия

3. Шершень

4. Баксы на халяву

5. Охотник на отморозков

6. Властелин колец

7. Месть - штука тонкая

8. Чистая совесть вора

9. Надежда приносящая смерть

10. Туз и четыре шестерки

 

Новости  Детективы XX-го века  Новые книги  Неизданное  Под чужим именем  Песни    Биография  Ссылки 

Страница изменена:20 августа 2009 г.

 

 

 

.